Здание архитектора казакова украшено готикой. Казаков, Матвей Фёдорович


Родился Матвей Федорович в 1738 году. Выдающийся русский архитектор эпохи классицизма М. Ф. Казаков известен как один из авторов уникальных типов московских жилых домов для богатой знати и монументальных общественных зданий в столице. Многое из созданного Казаковым испепелил пожар 1812 г., но немало и сохранилось до наших времен: здание Сената в Кремле, Голицынская больница (сейчас это первая городская больница) и некоторые другие здания.

Ученичество

Отец Казакова был из рода крепостных, работал копиистом в Главном Комиссариате, семья жила бедно. Когда отец умер (1751), мать устроила двенадцатилетнего сына в известную архитектурную школу Дмитрия Васильевича Ухтомского, где Матвей проучился до 1760 года, получив чин «архитектурии прапорщика». Затем - перевод на учебу и работу к городовому архитектору Никитину. Под его руководством юный зодчий начал свои первые шаги в архитектуре: был участником строительства Коловинского дворца, восстановления Черниговского собора, а также церкви «Спаса на бору». Но первой крупной работой Матвея Казакова как зодчего было участие в восстановлении сгоревшей в пожаре 1763 года Твери: составление плана города, проект и строительство Путевого дворца для императрицы Екатерины Второй (1763 - 1767).

Работа с Баженовым

В 1768 г. определилась творческая судьба Матвея Казакова - его взяли на работу по реализации проекта «Экспедиция строения Кремлевского дворца», которым руководил знаменитый архитектор . Для молодого зодчего это был счастливый случай. В сотрудничестве с Баженовым Казаков учился на практике принципам применения полученных ранее знаний о классических формах и пропорциях. Пять лет они вместе работали над баженовским проектом Большого Кремлевского дворца. Это было для Казакова самым серьезным периодом учения - высшим архитектурным образованием. На этом этапе Казаков в тандеме с Баженовым разрабатывал проект перестройки Ходынского поля, где планировались празднества по случаю завершения русско-турецкой войны (1768 - 74) Кючук - Кайнарджийским миром.

Самостоятельная деятельность

С 1775 года Казаков начал свою самостоятельную архитектурную деятельность. И первой крупной работой зодчего стало проектирование и сооружение здания Сената на территории (1776 - 1787). Это величайшее произведение зодчего. В нем впервые воплощена идея купольного покрытия огромного диаметра. А в знаменитом круглом зале Сената, одном из красивейших в Москве, автор воплотил идеи гражданственности, равенства и согласия, выраженные в торжественной и высокой архитектонической композиции. Великолепные коринфские колонны, поддерживающие грандиозный купол, гармоничные архитектурные формы зала Сената - все это как бы переносит нас в мир эпохи Просвещения, в мечту о мироустройстве, где безгранично развитие, где царит разум и всеобщее согласие. Работа Казакова была высоко оценена специалистами и самой Екатериной Второй, а заодно поставило зодчего в число лучших архитекторов эпохи.

Второе крупное творение Казакова - Московский университет, который стал опорным сооружением центра города (1786 - 1793). Позже университет перестраивал Д. И. Желярди. Императрица лично заказала Казакову возведение
подъездного дворца - Петровского замка (ныне здесь располагается военно-воздушная академия). Декор фасадов дворца сохранил классическую основу, но был оживлен Казаковым псевдоготическими и древнерусскими элементами.

Расцвет творчества

Рос успех М. Казакова и у частных заказчиков. Все чаще они стали заказывать ему проекты домов и дворцов. И поскольку работы становилось все больше, Казаков стал брать учеников и помощников. Старые городские усадьбы планировались таким образом, что дом на ней был окружен служебными и подсобными постройками и оказывался в
центре участка. Казаков внес в такую традицию свое новшество, делающее усадьбу более красивой и удобной: он ставил дом на линию улицы, а прочие постройки - позади него, вглубь усадьбы. Поэтому красивые и роскошные дома, построенные Казаковым, выгодно вписывались в общий вид улицы и города. Эти дома и дворцы по всей Москве были свидетельством профессионального мастерства зодчего и его своеобразного художественного языка, поэтому все, созданное им, было узнаваемым.

Его здания во многом определяли облик Москвы до пожара . и даже повлияли на характер ее последующей застройки. За десять лет (1780 - 1790) Казаков построил несколько десятков дворянских усадеб, богатых особняков, церквей и общественных зданий. Вот некоторые из них: дом на Петровке по заказу заводчика Губина, усадьба Барышникова на ул. Мясницкой, Голицынская и Павловская больницы.

Последние годы

В 1800 - 1804 годах Казаков создавал генеральный план Москвы и ее «фасаднический» план, т. е. с «высоты птичьего полета», а параллельно работал над серией архитектурных альбомов, содержащих наиболее значительные московские здания. Несколько сохранившихся альбомов Казакова позволяют судить об эволюции типов московских усадеб и жилых домов. Казаков открыл свою архитектурную школу, в которой учились многие выдающиеся русские зодчие: О. И. Бове, И. В. Еготов и другие. Когда в 1812 г. французская армия стала приближаться к Москве, семья Казакова уехала в . Здесь и узнал великий зодчий ужасную весть: сгорела Москва. Все, что с такой любовью он создавал на протяжении жизни, превратилось в пепел. Он не перенес этого потрясения, и 7 ноября 1812 г. великий строитель Москвы покинул этот мир.

Архитектор М.Ф. Казаков

Матвей Федорович Казаков (1738-1812) – русский архитектор, работавший в годы царствования Екатерины II.

Вступив в жизнь сыном крепостного, Казаков окончил её статским советником. В 1751 г., в двенадцатилетнем возрасте, Матвей был определён в учение к Дмитрию Ухтомскому . Через девять лет, в 1760 г., он получил чин "архитектурии прапорщика". Это было единственным образованием Казакова.

Часто среди архитектурных творений Казакова упоминают дом 14 на Тверской улице . У казаковского дома и современного общего не больше, чем у хозяйки литературного салона княгини Зинаиды Волконской и посетителя магазина Елисеева. Старый дом можно увидеть в правой части акварели Ф.Я. Алексеева.

Среди шедевров зодчего мог быть Большой Кремлёвский дворец , над проектом которого Матвей Казаков работал в 1768-1774 гг.

Дома Казакова в Москве

  • Армянский, 11. Усадьба Гагариных . М.Ф. Казаков, 1790-е.
  • Басманная Новая, 4. Городская усадьба. М.Ф. Казаков, конец XVIII в. – начало XIX в.
  • Басманная Новая, 6. Дом Куракина. М.Ф. Казаков, конец XVIII в.
  • Басманная Новая, 9 С1. Жилой дом. М.Ф. Казаков, конец XVIII в.
  • Басманная Новая, 12 С2. Жилой дом Плещеева. М.Ф. Казаков, 1797.
  • Басманная Новая, 26. Усадьба Демидова. Казаков, начало XIX в. С 1876 г. – Басманная больница.
  • Бауманская 2-я, 3. Дворец Лефорта – Дворец Петра I на Яузе. Растрелли и Фонтана, 1708; М.Ф. Казаков, 1801.
  • Бауманская 2-я, 5. Слободской дворец. Д.В. Ухтомский , 1749-1753; перестройка по проекту Дж. Кваренги под руководством Матвея Казакова, 1787-1794; Д.И. Жилярди, восстановление после пожара 1812 г. в ампирном стиле, 1827-1835.
  • Бауманская, 36-38. Дом с двумя флигелями. М.Ф. Казаков, конец XVIII в.
  • Воздвиженка, 5 / Староваганьковский, 25. Усадьба Талызина. М.Ф. Казаков, 1787. В 1845-1917 гг. в усадьбе помещалась Казённая палата. Сейчас – Музей архитектуры имени Щусева .
  • Воздушная, 1. Дворец "Царицыно" . В.И. Баженов , 1776-1785; М.Ф. Казаков, 1787-1793.
  • Волхонка, 16 / Знаменский Б., 2. 1-я Мужская гимназия. М.Ф. Казаков, 1774, 1806; А.Г. Григорьев , 1830.
  • Газетный, 1 / Никитская Б., 12 . Дом Сергея Александровича Меншикова, внука Меншикова . М.Ф. Казаков, 1778.
  • Гиляровского , 35. Церковь Филиппа Митрополита. М.Ф. Казаков и Карин, 1777-1778.
  • Гончарная, 12. Усадьба Тутолмина – Ярошенко. М.Ф. Казаков, В.И. Баженов , 1788-1801; В.В. Шервуд , перестройка 1905-1913; перестройка в 1930-е; Энговатов, Пушин, реставрация, 1950-е.
  • Гороховский, 4. Усадьба Демидова. М.Ф. Казаков. 1789-1791. С 1873 г. здание занимал Межевой институт. Теперь это – Институт инженеров геодезии, аэрофотосъёмки и картографии.
  • Дмитровка Б., 1 / Охотный ряд, 3 . Дворянское собрание . М.Ф. Казаков, 1770-е и 1784-1787; Бакарев, восстановление, 1814; Мейснер, перестройка, 1903-1905.
  • Златоустинский М., 1. Школа Казакова . М.Ф. Казаков, 1785-1800: перестройка, Быковский , 1875.
  • Златоустинский М., 3 С1. Дом Казакова . М.Ф. Казаков, середина 1780-х.
  • Златоустинский М., 3 С3. Дом Татищевой . М.Ф. Казаков, 1785-1800; Быковский , Грачёв, 1860-1870.
  • Знаменка, 12 . Усадьба Бутурлина. М.Ф. Казаков, конец XVIII в.
  • Знаменский М., 3. Усадьба Лопухиных – Протасовых. XVII в. М.Ф. Казаков, 1774.
  • Ильинка, 10 . Дом А.С. Павлова и Н.С. Калинина. "Банк Н.А. Найденова ". Казаков, 1785-1790; Фрейденберг , 1882.
  • Козицкий, 5. Усадьба Лобковой. М.Ф. Казаков, конец XVIII в. Перестроена в 1920-е.
  • Красная площадь . Лобное место. Сооружено в 1534 г. Перестроено Казаковым в 1786 г. Тогда и появилась круглая площадка из дикого белого камня с каменными перилами.
  • Кремль. Сенат. М.Ф. Казаков, 1776-1787.
  • Ленинградский, 40. Петровский путевой дворец – Военно-воздушная академия имени Жуковского . М.Ф. Казаков, 1776-1786.
  • Ленинский, 8. Голицынская больница – Городская клиническая больница № 1. М.Ф. Казаков, 1796-1801. Построена по завещанию дипломата, действительного тайного советника князя Д.М. Голицына (1721-1793).
  • Маросейка, 14 / Старосадский, 2. Кузьма и Демьян . М.Ф. Казаков, 1791-1793.

Образ характерной русской усадьбы, воспетый русской литературой, почти всегда классицистический. Именно в «домах с колоннами» обитали пушкинские, лермонтовские, тургеневские персонажи. Становление классицизма в России связано с именем одного из самых известных наших зодчих, Матвея Фёдоровича Казакова (1738-1812). Его биография феерична даже по меркам блестящего XVIII в.

Архитектор, являвшийся одним из основоположников классицизма в русской архитектуре, родился в семье крестьян. Его отец был крепостным, отданным помещиком во флот и, благодаря своим талантам, оставшимся в Москве при Адмиралтейской конторе в должности копииста, т.е. переписчика. Только это счастливое стечение обстоятельств избавило семью Казаковых от обычной участи крепостных.

М.Ф.Казаков.

Гравюра Г.Афанасьева

Архитектурное образование Матвей Казаков получил в России, за пределы которой никогда не выезжал. В 1751 г. после смерти отца мать определила его, 12-летнего, в архитектурную школу известного московского зодчего князя Д.В.Ухтомского, ученики которого занимались в основном ремонтом и реставрацией Московского Кремля. У Ухтомского Матвей Казаков проработал до 1760 г., тогда его с чином «архитектурии прапорщика» (т.е. уже офицером) перевели в мастерскую П.Р.Никитина, бывшего «городовым архитектором». Практика в архитектурной школе, сопровождавшаяся тщательными обмерами обветшавших построек, составлением чертежей и смет, стала главной школой Казакова, дав ему первый опыт архитектурной деятельности. Недаром историки искусства считают его прагматиком, с обычно трезвым взглядом на вещи.

В XVIII в. в обязанности архитектора входило очень многое - он был в буквальном смысле «всем». Помимо создания проекта, архитектор должен был уметь договориться с подрядчиками, организовать доставку кирпича, а то и его производство, вникать в кучу технических мелочей. М.Ф.Казаков этому научился, а его друг и коллега В.И.Баженов, бывший в основном «бумажным архитектором», - нет. В итоге Баженов остался непризнанным гением, тогда как Казаков стал удачливым практикующим зодчим.

Императорские усадьбы.
Городские и загородные дворцы

Первая крупная работа М.В.Казакова была связана с восстановлением Твери после пожара 1763 г. - он участвовал в составлении плана города, проектировал и строил Путевой дворец для Екатерины II (1763-1767) - главное здание города. Возводить его пришлось в крайней спешке, поскольку зимой 1767 г. императрица собиралась проехать через Тверь в Москву на открытие Комиссии по новому Уложению и воспользоваться им во время небольшой остановки.

В 1768 г. произошло событие, определившее дальнейшую творческую судьбу Казакова, - он начал работать с Баженовым в Экспедиции строения Кремлёвского дворца (в чине заархитектора, т.е. помощника архитектора) над сооружением «наиславнейшего в свете здания» - Большого Кремлёвского дворца по проекту последнего. Эта работа помогла глубоко понять и освоить Матвею Казакову принципы применения в архитектуре классических форм, что оказало влияние на всю его дальнейшую деятельность. Очень высоко оценивал деятельность Казакова сам Баженов, представивший его к производству в секунд-майоры уже в конце того же 1768 г.: «В рассуждении того, что он (М.Ф.Казаков. - Авт. ) по знанию его в архитектуре столько приобрёл, что не токмо в начале строения, но впредь к большим делам способен, а сверх того и в случае болезни его, Баженова, самую его должность по нём отправлять может!» . Эту должность Казакову, действительно, пришлось «отправлять», но несколько позже, при строительстве в Царицыне, что не могло не ухудшить отношения между коллегами. А пока они стали соавторами проекта оформления Ходынского поля для празднования Кючук-Кайнарджийского мира с Турцией, заключённого генералом князем Н.В.Репниным в 1775 г.

К этому времени относится и первая значимая самостоятельная московская работа Матвея Казакова - Пречистенский дворец, свидетельствующая о признании его таланта и опыта. Именно за него Казаков получил чин архитектора.

Перед празднованием Кючук-Кайнарджийского мира у московских властей возникла проблема - где поселить Екатерину II с наследником и их двор? К тому времени царские палаты в Кремле сильно обветшали, поэтому М.Ф.Казакову было поручен проект объединения в единый дворец (получивший название Пречистенского) трёх частных домов, соединённых временными залами и переходами. Для императрицы предназначался дом князей Голицыных на углу Волхонки и Малого Знаменского переулка (№ 14/1), для наследника - великого князя Павла Петровича - дом князей Долгоруких (Волхонка, № 16), а дом Лопухиных (Малый Знаменский, № 3) формально был отведён «дежурным кавалерам», фактически - князю Григорию Потёмкину. Залы и переходы между ними сооружали на сваях, а не на фундаментах, глубокой осенью и зимой, что свидетельствовало о их временном назначении. Уже через три года все частные дома, из которых состоял дворец, вернули владельцам, а переходы и залы между ними в качестве самостоятельных сооружений перенесли на Воробьёвы Горы.

Императрице дворец не понравился. В письме барону Гримму в Париж она писала: «Вы хотите иметь план моему дому? Я вам пришлю его, но не легка штука опознаться в этом лабиринте. Я здесь пробыла два часа и не могла добиться того, чтобы безошибочно находить дверь своего кабинета, это торжество путаницы. В жизни я не видела столько дверей! Я уже полдюжины велела уничтожить, и всё-таки их вдвое больше, чем требуется...» . Безусловно, вынужденное использование разных по архитектуре построек не давало возможности зодчему создать подлинный шедевр, хотя специалисты, привыкшие преклоняться перед творчеством М.Ф.Казакова, обычно положительно оценивают Пречистенский дворец.

Нужно думать, что Екатерина II прекрасно поняла, в какие тяжёлые условия был поставлен М.Ф.Казаков, и дала ему возможность реализовать идею царского дворца, начиная с нулевого цикла. Она поручила ему сооружение Петровского подъездного дворца (названного так потому, что ранее эта территория принадлежала Петровскому (Высокопетровскому) московскому монастырю) - знаменитого «Петровского замка», указ о строительстве которого императрица подписала 14 декабря 1775 г. Вскоре его утвердил Сенат, и строительство началось. Оно шло быстро, несмотря на ограниченность в средствах и материалах. Уже к 1777 г. был возведён главный корпус. К осени следующего года мастер Иоганн Юст завершил скульптурный декор дворца, выполненный из керамики. К 1779 г. были выстроены флигели, внешне выглядевшие как крепостные сооружения, кухни, каретные сараи, погреба для хранения продуктов. Отделочные работы велись до 1783 г.

В отличие от Пречистенского дворца, Екатерина II осталась очень довольна построенным Петровским и не раз останавливалась в нём во время приездов в Москву (последний раз - на пути из Крыма в 1787 г.). В обычные дни дворец был открыт для осмотра .

Значительной вехой в биографии М.Ф.Казакова стала работа в Царицыне - подмосковной усадьбе Екатерины II. Считается, что после того, как прежний дворец, выстроенный Баженовым, не понравился императрице, приехавший в Царицыно в 1775 г., Казаков заменил бывшего коллегу. Однако документы свидетельствуют, что Баженову была предоставлена попытка исправить свою работу. Московский главнокомандующий М.М.Измайлов приказал обоим архитекторам «…зделать порознь планы, коим образом можно поправить там сделанное» . В.И.Баженов выполнил задание первым, однако императрица отдала предпочтение казаковскому видению Царицына. По её распоряжению в 1776 г. Казаков сменил Баженова и стал единственным архитектором столь великого объекта. В Царицыне он возвёл новое здание дворца, использовав уже существующие сооружения Баженова.

Архитектура Петровского дворца и Большого дворца в Царицыне - имитация готических родовых замков, своего рода вольная фантазия на модную тогда «мемориально-триумфальную» тему средневекового европейского рыцарства - породила волну подражаний. Таким путём, как образно выразился в 1932 г. бывший председатель Общества изучения русской усадьбы А.Н.Греч: «точно проникнувший в дворянство купец, покупающий загородный замок и портреты “предков”, старались случайные вельможи и временщики, а за ними и представители боярства, утратившего свои деревянные хоромы, укрепить, лишь наружно, символически, корни своего воображаемого генеалогического древа» . В декоре фасадов были использованы псевдоготические и древнерусские элементы. В целом же, при создании дворцов осуществилась блестящая художественная идея, уже воплощённая однажды на Ходынском поле, - они, словно окружённые крепостной стеной с башнями, символически уподоблялись древней столице - Москве. Эти постройки выдвинули М.Ф.Казакова в первый ряд архитекторов того времени.

Последний раз к теме императорской резиденции Матвей Казаков вернулся на рубеже XVIII-XIX вв. Тогда ему пришлось перестраивать для императора Павла I Слободской дворец (ныне Московское высшее техническое училище им. Баумана).

Казаковская Москва

Имя М.Ф.Казакова прочно связано с классицистической Москвой, потому что именно его лучшие здания создали образ этого города екатерининской эпохи - барского, «допожарного». Его талант в наибольшей степени раскрылся в многочисленных проектах жилых домов и общественных зданий, организующих большие городские пространства. Они свидетельствуют не только о высоком профессиональном мастерстве зодчего, но и о своеобразии его художественного языка. М.Ф.Казаков разработал и новый для эпохи тип «доходного» дома, где были и торговые помещения, и сдаваемые внаём квартиры. Прославился М.Ф.Казаков и как блистательный мастер интерьера. С 1786 г. он возглавлял Экспедицию Кремлёвского строения, проводившую основные строительные работы в Москве. Далеко не всем архитекторам удавалось (и удаётся) создать сооружения, определяющие облик целого города.

Ещё только началось строительство Петровского дворца, а М.Ф.Казаков уже принялся за проектирование огромного, треугольного в плане, здания Сената в московском Кремле, одного из самых значительных произведений архитектуры русского классицизма, ставшего гимном Просвещению. Ротонда с куполом над центральным залом, при строительстве которой М.Ф.Казаков впервые в России применил купольное покрытие такого большого диаметра, стала акцентом поперечной оси Красной площади.

Ещё в 1782 г. Казаков начал строительство Московского университета. Образ этой кузницы «просвещённого разума» давался ему трудно, продумывались варианты: один, другой, третий... Здание возводилось более десяти лет, по частям - в три этапа. Одновременно Казаков совершенствовал его архитектурный облик: отказывался от усложнённых элементов, от обилия скульптуры, добивался простоты и величественности. В результате завершённое здание, органично вошедшее в ансамбль центра Москвы, своей архитектурой напоминало крупную городскую усадьбу.

Одновременно со строительством университета М.Ф.Казаков занимался перестройкой бывшего дома князя М.В.Долгорукого, приобретённого Московским (позже Российским) благородным собранием или, как говаривалось в старину, клубом на имя одного из своих учредителей - князя А.Б.Голицына . Перекрыв внутренний двор дома и расположив по периметру великолепные колонны коринфского ордера, М.Ф.Казаков превратил его в парадный Колонный зал. Основные конструкции зала, выполненные из дерева, в значительной степени способствовали его прекрасной акустике (после пожара 1812 г. дом был восстановлен и перестроен учеником М.Ф.Казакова архитектором А.Бакарёвым).

Голицынская и Павловская больницы - одни из последних крупных работ мастера, выстроены на рубеже XVIII-XIX вв. Создавая у застав, на окраине тогдашней Москвы обширные больничные комплексы, он снова обращается к универсальной модели своего времени - усадьбе.

Казаковская городская усадьба - большое, массивное, почти лишенное декора здание с колонным портиком - этакий «дом-сундук», доминирующий над остальными хозяйственными и надворными постройками. Обычно он располагался в глубине обширного двора, а флигели и ограды выходили на красную линию улицы. Выразительность интерьеров достигалась живописностью декора и использованием «большого ордера», как в Колонном зале Благородного собрания. Зачастую в них использовалась скульптура, как это было в центральном зале Сената. Такой базовый образ городского усадебного дома был подхвачен и тиражирован современниками и учениками. Без преувеличения, он оказал влияние на архитектуру загородных усадеб всей Центральной России.

Наиболее известными казаковскими усадьбами были дом на Гороховой улице богача-заводчика Ивана Демидова, сохранивший великолепную золочёную резьбу парадных интерьеров, так называемых «золотых» комнат (1780-е гг.), дом заводчика М.И.Губина на Петровке (1790-е гг.), усадьба Барышниковых на Мясницкой (1797-1802 гг.) и др.

Целостные пластичные архитектурные формы преобладают и в культовых сооружениях М.Ф.Казакова. Излюбленной его темой в церковном зодчестве была ротонда. Эту архитектурную форму он использовал в церквях Святителя Филиппа на Большой Мещанской (1777-1788), Святых Космы и Дамиана на Маросейке (1791-1803) и др. Вариантом церкви на Маросейке является церковь Святого Дмитрия Солунского, сооружённая в 1800-1805 гг. в усадьбе Е.А.Радиловой (она относится к кругу работ казаковской школы) .

Необходимо оговориться, что классицизм М.Ф.Казакова целиком заимствованный, увражный. Он никогда не был за границей и мог пользоваться именно увражами - альбомами чертежей, привезёнными из Европы. Талант зодчего как раз и проявился в умении создать из чужих элементов свой стиль, иначе, чем другие, собирать «классицистический конструктор».

Москва определяла в то время архитектурный вкус и «моду» всей империи. В Москве же целую эпоху в архитектуре определил Казаков, так что его манера, соответственно, определила стиль российской архитектуры - «зрелый классицизм», который иногда называют строгим. Он сменил предшествующий ему классицизм ранний - французский.

Школа Казакова

Едва ли не единственный из крупных художников эпохи Просвещения в России, М.Ф.Казаков создал то, что можно назвать художественной школой. Поэтому с полным основанием специалисты говорят о русском классицизме казаковской школы. Кстати сказать, даже его собственный дом в Златоустовском переулке был не просто жилищем семьи, но и своего рода домашним университетом искусств. Здесь быстро сложилась и много лет действовала архитектурная школа, а трое сыновей М.Ф.Казакова стали его деятельными помощниками. В 1805 г. школа превратилась в Архитектурное училище.

В числе учеников М.Ф.Казакова можно назвать архитекторов И.В.Еготова, А.Н.Бакарёва, И.Г.Таманского, М.М.Казакова, Р.Р.Казакова, О.И.Бове и др. Многим из них довелось восстанавливать Москву, сгоревшую во время Отечественной войны 1812 г.

Казаковские альбомы

В 1800-1804 гг., находясь в отставке, М.Ф.Казаков работал над созданием генерального и «фасадического» (т.е. с птичьего полёта) планов Москвы и серии архитектурных альбомов московских зданий. Работа над «фасадическим планом» так и не была закончена, до нас не дошли даже его готовые части. Скорее всего они погибли во время знаменитого московского пожара. До наших дней сохранились 13 «Архитектурных альбомов М.Ф.Казакова», включающих планы, фасады и разрезы 103 «партикулярных строений», как самого автора, так и лучших архитекторов его эпохи. Это своего рода архитектурная энциклопедия Москвы екатерининского времени и основной источник сведений о творчестве великого мастера . Благодаря альбомам можно проследить эволюцию основных типов московского жилого дома и усадьбы.

Хотя сам М.Ф.Казаков утверждал, что в альбомах собраны проекты лучших «партикулярных домов», исследование альбомов показало, что подбор построек в значительной степени случаен. Так, в них нет знаменитого Пашкова дома, дома Трубецких (Апраксиных), дома Баташовых и других крупных комплексов. «Эта случайность для нас важнее самого тщательного подбора, она вносит в Альбомы элемент статистики, - писал историк искусства Е.В.Николаев. - Самым слабым местом наших знаний об архитектуре конца XVIII в. является почти полное отсутствие материалов о рядовой застройке - том море домов, которое и составляло Москву. Неспроста, вероятно, в Альбомах, по сути дела, нет ни одного рядового дома (как мы привыкли его понимать для начала XIX в.) - такой дом не стал ещё предметом искусства, это было крупнейшим достижением следующей эпохи» .

Москва, которую запечатлел М.Ф.Казаков в своих альбомах, ушла вместе с ним. Перед сдачей Москвы французам родственники эвакуировали М.Ф.Казакова в Рязань. Там он и скончался 26 октября, незадолго до смерти узнав о гибели и пожаре города, облик которого ему суждено было определить. Великого зодчего похоронили на окраине города в Троицком монастыре. Могила его, к сожалению, не сохранилась.

Казаковский миф

Ко многим казаковским атрибуциям, особенно в провинции, надо относиться с осторожностью. Было время, когда вся архитектурная «готика» приписывалась (вместе с большей частью московского классицизма) только М.Ф.Казакову и В.И.Баженову. Тогда искусствоведов учили «кожей чувствовать», а не анализировать архивные документы…

Понять реальный круг работ мастера подчас бывает очень нелегко. Лишь относительно недавно пришло понимание архитектурного процесса XVIII в. - каким он был на самом деле? Тогда архитектор являлся очень значимой фигурой. Крупных специалистов в этой области искусства было немного, к ним стояла очередь, первое место в которой занимали представители императорской семьи, далее шли придворные и т.д. Часто мастера ограничивались проектами. Присланные из Петербурга в какой-либо уездный город или загородную усадьбу, проекты воплощались местными крепостными мастерами, которые, не всегда умея читать чертежи и занимаясь его привязкой к конкретному месту, вносили в проект своё собственное понимание. Зачастую в строительный процесс вмешивался и сам заказчик, который мог потребовать либо упростить проект по соображениям материального характера, либо, наоборот, внести новые архитектурные элементы, например портик, совершенно не считаясь с общей стилистикой замысла. Созданное таким образом здание зачастую являлось произведением нескольких авторов...

Однако и проектировал архитектор обычно не один. В XVIII в. понятия «авторское право» в его современном понимании не существовало. Архитекторы не стеснялись использовать готовые решения из различных увражей. Особенно популярны были альбомы французского зодчего, знаменитого Нефоржа (такой увраж был куплен для Экспедиции Кремлёвского строения). Многие элементы классицистической архитектуры, надо сказать, оперировавшей чётко ограниченным кругом выработанных мотивов и форм, брались из таких альбомов и использовались в самых разных постройках. Свободно пользовались и наработками соотечественников коллег - это было в порядке вещей.

М.Ф.Казаков в этом плане не был исключением. Поэтому использование в здании «казаковских форм» не может само по себе служить доказательством его авторства, а эфемерность атрибуций предшествующих нашему времени десятилетий, носящих чисто стилистический характер, теперь стала очевидной.

Далеко не всегда на архитектурный процесс могут пролить свет и архивные документы, далеко не всегда ясно, кто подписал конкретный проект, автор или копиист. Не все тексты можно трактовать однозначно. Перед строительством Большого Кремлёвского дворца на закладном камне была установлена доска с надписью, из которой следует: «Сему зданию прожект сделал и практику начал Российский Архитект, Москвитянин, Василий Иванович Баженов … По сочинении проекта за Архитекта был титулярный Советник Матвей Козаков» 10 . На её основании можно вполне атрибутировать этот дворец М.Ф.Казакову, если бы не сохранились другие документы, показывающие роль каждого из них в работах по строительству дворца.

В отличие от В.И.Баженова, М.Ф.Казакову «повезло» и с фамилией. В XVIII в. было несколько архитекторов Казаковых, среди них его гениальный ученик Родион Казаков. Однако мемуаристы и бытописатели помнят только одного Казакова - Матвея Фёдоровича, гению которого отдают часть построек совсем других Казаковых.

Свой отпечаток на атрибуции накладывала и эпоха, особенно первое послевоенное десятилетие. Тогда в СССР «неприятные» иностранные фамилии не приветствовались. И история родной архитектуры не стала исключением. Гораздо проще, когда есть М.Ф.Казаков, В.И.Баженов и их ученики, а что до некоторых иностранцев, то их и иностранцами-то назвать нельзя, до того они обрусели…

Первым русским архитектором стал считаться В.И.Баженов, поэтому академик И.Э.Грабарь, обнаруживший в 1910 г. имя М.Ф.Казакова на закладном камне в подмосковной усадьбе Петровское-Алабино, в 1940-х гг. (уже считаясь классиком отечественного искусствоведения) с лёгкостью атрибутировал архитектуру этой усадьбы как работу В.И.Баженова . Время расставило всё на круги своя, однако авторитет И.Э.Грабаря даже в 1970-х гг. был ещё непререкаем. Тогда Петровское-Алабино уже официально считалось работой М.Ф.Казакова, но признавать ошибочность грабаревской концепции было как-то неудобно. Поэтому приходилось писать «эзоповым языком», не называя Грабаря по фамилии: «Однако ряд архитектурно-художественных приёмов в решении основной группы зданий и исключительно редкая центрическая планировка ансамбля, встречающиеся у В.И.Баженова, послужили для некоторых исследователей формальным основанием связывать Петровское с именем этого зодчего» 12 .

Иногда даже сознательные ложные атрибуции исследователи рассматривали как «святую ложь» - во имя спасения конкретных памятников. И руководствовались они следующим - защищать от сноса здание, связанное с именем крупного зодчего гораздо проще, чем памятник, создатель которого неизвестен. Вообще, официальная недооценка архитектуры приводила к тому, что иногда исследователи сознательно «старили» здания, чтобы их спасти. Справедливости ради отметим, что большинство таких работ приходится на популярную литературу и путеводители.

В общем, у нас две истории отечественной архитектуры - одну публикуют в справочниках и учебниках, другую специалисты обсуждают лишь между собой. Настанет ли время, когда история архитектуры у нас станет единой?

Поиски и находки последних лет

Московские памятники, связанные с именем Матвея Фёдорова, в принципе известны - все они вошли в знаменитые «Архитектурные альбомы М.Ф.Казакова». Считается, что лишь в забытых усадьбах и провинциальных городах возможны переатрибуции. Сенсацией для всех знатоков русской архитектуры стал выход в 1999 г. третьего выпуска каталога «Памятники архитектуры Московской области». Открыв его, все с изумлением увидели архитектурную историю Коломны без упоминания имени Казакова, к которому уже давно привыкли за предшествующие десятилетия. Оказалось, что Казаков никогда не работал в этом городе и абсолютно без его участия сооружены знаменитые ограды коломенских монастырей: Брусенского, Ново-Голутвина и Старо-Голутвина, в архитектуре которых использованы декоративные мотивы ложной готики и национального романтизма. Более того, эти ограды, ранее считавшиеся сооружениями XVIII в., даже заметно помолодели. Из документов выяснилось, что это постройки 1820-1830-х гг., т.е. возведены уже после смерти М.Ф.Казакова .

Однако и при изучении столичных памятников периодически происходят небольшие открытия. Так, в 2001 г. искусствоведы И.В.Рязанцев и О.С.Евангулова опубликовали фрагмент документа, уточняющего атрибуцию дома дворян Барышниковых на Мясницкой улице в Москве. Хотя авторство особняка «с колоннами весьма красивой архитектуры» достаточно убедительно приписывается М.Ф.Казакову, найденное исследователями «Описание жизни Ивана Ивановича Барышникова и его близких родственников», написанное Андреем Ивановичем Барышниковым, сыном Ивана Ивановича, даёт совсем не хрестоматийную историю этого дома, причём в ней М.Ф.Казаков даже не упоминается.

По свидетельству А.И.Барышникова, особняк был «выстроен» неким архитектором Страховым - имя в истории русской архитектуры совершенно неизвестное. Кому верить: современнику, к тому же сыну заказчика работ, или современным исследователям? Истина, скорее всего, лежит где-то посередине. Дело в том, что для XVIII в. нет разницы между понятиями «проектировщик», которым, вероятнее всего, всё же являлся М.Ф.Казаков, и «строитель», который реально воплощал архитектурный проект и воспринимался заказчиком как автор всего сооружения (в литературе в связи с этим домом в качестве строителя проходит имя ещё одного архитектора - Жданова, бывшего крепостным Барышниковых) 14 .

Имя М.Ф.Казакова традиционно связывается и с несуществующей ныне церковью-усыпальницей Барышниковых в их Смоленской усадьбе Николо-Погорелое. Известный советский искусствовед М.А.Ильин, анализируя художественные особенности этого памятника, остановился на том, что авторами его являются М.Ф.Казаков (архитектура) и Ф.И.Шубин (скульптура). По свидетельству Ф.Н.Глинки, опубликованному теми же И.В.Рязанцевым и О.С.Евангуловой, «Все сии лепные картины деланы русским художником г. Поляковым, воспитанником Академии, которая, как говорят, отряжала нарочно члена для освидетельствования работы его в сей церкви: слава русскому художнику!» 15 . Удалось установить, что Глинка имел ввиду Бориса Ивановича Полякова, который к тому же являлся и архитектором: в 1775 г. он наблюдал за возведением ходынских павильонов, и значит, не мог не быть лично знаком с Казаковым. Нельзя исключить, что Поляков мог быть соавтором не только скульптурного, но и архитектурного замыслов храма-мавзолея в Николо-Погорелом . Эту мысль косвенно подтверждает и свидетельство искусствоведа Л.И.Баталова, обследовавшего церковь в Николо-Погорелом в 1940 г. «Здесь трудно говорить отдельно об интерьере, настолько единый организм, что разделить нельзя» 17 , - писал он. Нужно учесть и продолжительность строительства храма, затянувшегося на 18 лет (с 1784 по 1802 гг.), но, несмотря на это, отличающегося тщательностью исполнения.

Сегодня уже не кажется убедительной и вроде бы хрестоматийная атрибуция церкви в подмосковной усадьбе Быково В.И.Баженову, а не М.Ф.Казакову. Ю.Я.Герчук, работая в Российском государственном архиве литературы и искусства с архивом архитектора И.Е.Бондаренко, обнаружил документ о передаче в 1939 г. Раменским райсполкомом договора на постройку этой церкви в Отдел музеев Наркомпроса, причём договор был «написан подрядчиком-строителем владимирским купцом 3-й гильдии Филатом Степановым Кирюхиным по архитектуре зодчего русской архитектуры М.Ф.Казакова» 18 .

Господский дом в усадьбе Черёмушки (ныне в черте Москвы), ранее считавшийся произведением «казаковской школы» 19 , обрёл имя своего автора. Но им оказался не москвич, а выпускник Санкт-Петербургской академии художеств Франциск-Конрад Христофор Вильстер. Это имя и теперь мало знакомо историкам архитектуры, хотя оно и было внесено в справочные издания .

Автору этих строк удалось внести уточнения, насколько полно Казакову удалось воплотить свой замысел при строительстве усадьбы в Конькове, т.к. достоверных данных об этом до поры до времени не было. В Российском Государственном архиве древних актов были обнаружены материалы о поездке в Коньково в 1803 г. архитектора И.В.Еготова. Экспедиция Кремлёвского строения командировала его туда, чтобы выяснить состояние имеющихся в Коньково казаковских построек.

По свидетельству И.В.Еготова, к 1803 г. там сохранялись дворец, конный двор с сараем и деревянной избою, а также «остаток погреба» и некий «каменный корпус». Поскольку И.В.Еготов нашёл, что подавляющее большинство построек не имеет смысла реставрировать (за исключением «каменного корпуса», который можно восстановить для причта местной церкви), то Экспедиция Кремлёвского строения продала их на снос . Так что М.Ф.Казакову, как ранее В.И.Баженову, пришлось пережить снос собственных построек.

Судьба наследия Казакова

Несмотря на революционные перемены последних 15 лет, решить проблему охраны памятников в нашей стране, да и в других странах СНГ, не удалось. Не случайно на это время приходится период досадных утрат, затрагивающих даже самые яркие казаковские памятники. Вот наиболее значимые из них.

В 1990-х гг. для резиденции президента России было реконструировано здание Сената в Московском Кремле. В нарушение требований закона не был выполнен научный проект реставрации, не проведены натурные исследования, уничтожено полукольцо подвалов и первоначальное белокаменное крыльцо, частично изменена планировка.

Единственный неиспорченный царский дворец в Москве - Петровский путевой дворец - реконструируется под ведомственную гостиницу Правительства Москвы (от 19.05.98 № 392). Причём постановление оперирует термином «реконструкция», неприменимым к архитектурному наследию .

Значительная опасность грозит и Большому дворцу в усадьбе Царицыно. Московские власти захотели его достроить - под некую картинную галерею, которой в действительности нет. В результате мы лишимся подлинника, который превратится в собственную копию. Несмотря на протесты общественности, планы достройки дворца находятся в разработке.

Полностью снесён хозяйственный корпус усадьбы московского генерал-губернатора (Вознесенский пер., 22). Эта территория в начале 1990-х гг. была передана под строительство Делового центра Правительства Москвы. По распоряжению мэра Москвы (№ 1008-РП от 07.06.94) памятник разобран, а освободившееся место застроено.

Уходят и здания, включённые в знаменитые «Альбомы партикулярных строений» М.Ф.Казакова. Усадьба Тарасова (ул. Сергия Радонежского, 1/2) была разобрана в 1995 г. по распоряжению мэра Москвы. Несмотря на явно незаконный характер этого распоряжения, прокуратура Москвы дважды отказала Всероссийскому обществу охраны памятников истории и культуры в возбуждении уголовного дела по факту сноса. Отказ мотивирован так: разборка - не снос.

В 1996 г. по распоряжению московских властей был снесён корпус с магазином в усадьбе князей Мещерских (Большая Никитская ул., 17), на месте которого выстроен современный дом. А в 1998 г. не стало четырёх строений памятника федерального значения - усадьбы Салтыковых (Тверской бул., 27/10/1), которую ранее занимала Центральная городская публичная библиотека им. Некрасова. Среди снесённых построек - единственный, сохранявший облик казаковского времени флигель, выходивший на Большую Бронную ул.22.

С каждым годом от казаковской Москвы остаётся всё меньше и меньше, и светлое имя одного из основоположников русского классицизма уже бессильно её спасти...

Примечания

Цит. по: Баженов В.И . Письма. Пояснения к проектам. Свидетельства современников. Биографические документы. М., 2001. С. 185. Екатерина II: «впредь до времени остаться по прежнему» С. 274.

Цит. по изд.:

12 Альтшуллер Б.Л. и др. Памятники архитектуры Московской области. Т. 2. М., 1975. С. 61.

13 Подъяпольская Е.Н., Разумовская А.А., Смирнов Г.К. Памятники архитектуры Московской области. С. 15-26.

14 Барышниковы и их усадьбы (по семейным запискам) // Русская усадьба. Сборник Общества изучения русской усадьбы. Вып. 7. М., 2001. С. 377-388.

15 Рязанцев И.В. Евангулова О.С. Современник Пушкина о церкви-мавзолее в «селе П…» // Русская усадьба. Сборник Общества изучения русской усадьбы. Вып. 6. М., 2000. С. 114.

16 Рязанцев И.В. Евангулова О.С. Современник Пушкина… С. 107-116.

17 [Баталов Л.И.]«Заметки по мавзолею в Ник. Погорелом» архитектора Л.И.Баталова // Русская усадьба. Сборник Общества изучения русской усадьбы. Вып. 6. М., 2000. С. 118.

18 Цит. по: Баженов В.И . Письма. Пояснения к проектам. Свидетельства современников. Биографические документы. М., 2001. С. 32.

19 Ильин М.А. Москва. Художественные памятники города. М., 1968. С. 286.

20 Перфильева Л.А. Черемушки-Знаменское // Усадебное ожерелье Юго-Запада Москвы. М., 1997. С. 29-31.

21 Коробко М.Ю. Дворец Екатерины II в селе Коньково // Царские и императорские дворцы. М., 1997. С. 142-145.

М.К. (Матвей Матвеевич Казаков). О Матвее Фёдоровиче Казакове // Русский вестник. 1816.
№ 11.

Бондаренко И.Е. Архитектор Матвей Фёдорович Казаков (1738-1813), М., 1938.

Ильин М.А. Фасадический план Москвы М.Ф.Казакова // Архитектурное наследство. [в.] 9. М. - Л., 1959.

Ильин М.А. Казаков. М., 1955.

Архитектурные альбомы М.Ф.Казакова // Подготовка к изданию, статья и комментарии Е.А.Белецкой. М., 1956.

Власюк А.И., Каплун А.И., Кипарисова А.А. Казаков. М., 1957.

Михаил КОРОБКО,
лауреат Макариевской премии

на тему: «Творчество архитектора М.Казакова».

Введение 3

1Началосамостоятельной работы 4

1.1 Годы учения 4

1.2 Начало самостоятельной работы 5

2 Творческий расцвет. Последние годы жизни 7

Список использованных источников 10

Приложение А (иллюстрации) 11

Введение

Казаков Матвей Федорович (1738-1812) - русский архитектор, один из основоположников русского классицизма. В Москве разработал типы городских жилых домов и общественных зданий, организующих большие городские пространства: Сенат в Кремле (1776-87), университет (1786-93), Голицынская больница (ныне 1-я городская; 1796-1801), дома-усадьбы Демидова (1779-91), Губина (1790-е гг.) псевдоготический Петровский дворец (ныне Военно-воздушная академия; 1775-82). Применил большой ордер в оформлении интерьеров (Колонный зал Дома Союзов). Руководил составлением генерального плана Москвы, организовал архитектурную школу.

Про творческий расцвет, самостоятельную работу и последние годы жизни этого замечательного архитектора я расскажу в своем реферате.
1 Начало самостоятельной работы

1.1 Годы ученичества

Казаков Матвей Федорович , русский архитектор, один из основоположников классицизма в русской архитектуре 18 веке. В Москве разработал типы городских жилых домов и общественных зданий, организующих большие городские пространства. Руководил составлением генерального плана Москвы, организовал архитектурную школу.

Родился в семье копииста главного Комиссариата. Его отец был выходцем из крепостных, семья постоянно бедствовала. В 1751 после смерти отца мать определила 12-летнего Матвея в архитектурную школу известного зодчего князя Д. В. Ухтомского, откуда в 1760 он с чином «архитектурии прапорщика» был переведен в мастерскую городового архитектора П. Р. Никитина. Участвовал в работах по строительству Головинского дворца, восстановлению Черниговского собора и церкви Спаса «на бору». Первая крупная работа была связана с восстановлением Твери после пожара 1763: участвовал в составлении плана города, проектировал и строил Путевой дворец для Екатерины II (1763-67).

В 1768 произошло событие, определившее дальнейшую творческую судьбу Казакова - он начал работать с В. И. Баженовым в «Экспедиции строения Кремлевского дворца» (в чине «заархитектора»). С этого времени все его работы были связаны с Москвой.

Работа с Баженовым для начинающего архитектора была прекрасной школой и способствовала глубокому освоению принципов применения классических форм и пропорций, что повлияло на его дальнейшую деятельность. Казаков стал соавтором Баженова при разработке проекта оформления Ходынского поля для празднования заключения Кючук-Кайнарджийского мира.

1.2 Начало самостоятельной работы

В 1775, став полноправным архитектором, Казаков получил право на самостоятельную работу. Это было время становления классицизма в русской архитектуре. Одной из первых крупных самостоятельных работ зодчего было строительство здания Сената в Московском Кремле (1776-87) - монументального сооружения, треугольного в плане. При его строительстве Казаков впервые в России применил купольное покрытие большого диаметра. Возвышающаяся над Кремлевской стеной ротонда с куполом (над центральным залом Сената) стала акцентировать поперечную ось Красной площади.

Вторым крупным сооружением Казакова был Московский университет (1786-93), ставший одним из опорных сооружений в системе центральных площадей города (позже перестроен Д. И. Жилярди). По поручению императрицы Казаков возвел подъездной дворец - Петровский замок (ныне Военно-воздушная академия; 1775-82), в декоре фасадов которого при сохранении классической основы здания были использованы псевдоготические и древнерусские элементы.

Одновременно со строительством университета Казаков занимался перестройкой дома князя Долгорукого-Крымского в Охотном ряду (ныне Колонный зал Дома Союзов). Перекрыв внутренний двор дома и расположив по периметру великолепные колонны коринфского ордера, он превратил его в парадный Колонный зал. Основные конструкции зала, выполненные из дерева, в значительной степени способствовали его прекрасной акустике (после пожара 1812 перестроен учеником Казакова архитектором А. Бакаревым).


2 Творческий расцвет. Последние годы жизни

В работах Казакова органично сочетаются широта градостроительных начинаний, рациональность плановых построений с возвышенностью архитектурных образов. Его талант в наибольшей степени раскрылся в многочисленных проектах жилых домов и усадеб. Они свидетельствуют не только о высоком профессиональном мастерстве зодчего, но и о своеобразии его художественного языка. Эти постройки в значительной степени определили облик допожарной Москвы, в частности, Тверской улицы (дома: московского главнокомандующего, Бекетова, князя С. Голицына, Ермолова и др.), и повлияли на масштаб и характер ее дальнейшей застройки.

Расцвет творчества Казакова приходится на 1780-90-е гг., когда им были построены десятки частных дворянских особняков, усадеб, общественных зданий, церквей. Среди них: усадьба Демидова в Петровском-Алабине, дом заводчика М. И. Губина на Петровке (1790-е гг.), усадьба Барышникова на Мясницкой (1797-1802), Голицынская (ныне 1-я городская; 1796-1801) и Павловская больницы (1802-07) и др.

Особенностью их композиционного построения является двуплановость, когда главный корпус располагается в глубине обширного двора, а арки ворот, флигели, ограды выходят на красную линию улицы. Здания, основная часть которых акцентируется портиками большого ордера и куполами, отличаются простым четким планом и скупостью декора. Выразительность интерьера достигается не только использованием большого ордера, как в Колонном зале, но и введением скульптуры (Сенат, университет), а также живописностью декора (так называемые Золотые комнаты дома Демидова, 1779-91). Целостные пластичные архитектурные формы преобладают и в культовых сооружениях Казакова (церкви: Филиппа Митрополита, 1777-88, Вознесения, 1790-93, Косьмы и Дамиана, 1791-1803, - все в Москве).

По распоряжению императрицы Казаков сменил Баженова на строительстве императорской усадьбы в Царицыне (1786), где возвел новое здание дворца, оставшееся недостроенным.

В 1800-04 работал над созданием генерального и «фасадического» («с птичьего полета») планов Москвы и серии архитектурных альбомов (13) наиболее значительных московских зданий. Сохранилось несколько «Архитектурных альбомов М. Ф. Казакова», включающих планы, фасады и разрезы 103 «партикулярных строений» самого архитектора и его современников. Благодаря альбомам можно проследить эволюцию типов московского жилого дома и усадьбы.

Организовал архитектурную школу при «Экспедиции кремлевского строения», откуда вышли многие выдающиеся зодчие (И. В. Еготов, О. И. Бове и др.).

Автор многочисленных акварельных рисунков, архитектурных чертежей, офортов: «Увеселительные строения на Ходынском поле в Москве» (1774-75; тушь, перо), «Строительство Петровского дворца» (1778; тушь, перо), виды Коломенского дворца (1778, тушь, перо).

Портрет Р.Р.Казакова (?)

Моя статья про него, опубликованная под названием "Известен только специалистам"(за что особое спасибо редакции!) в газете "История" (издательский дом "Первое сентября"). 2007. № 24. http://his.1september.ru/2007/24/20.htm
Писалось, естестенно не для них, а для академического вестника истории литературы искусства. Самой газеты еще не выдел, поэтому текст даю в том варианте, в котором он был в нее отправлен, кроме ссылок, в газетном варанте они будут, а в жжшном убились. То же и с картинками: наверяка в газетный вариант они вошли не все. В "Вестнике" старые чернобелые картинки будут в самой статье, а цветные на вклейках.

"Имя выдающегося архитектора Родиона Казакова известно главным образом лишь специалистам по истории архитектуры. Слава его великого учителя и старшего товарища Матвея Казакова несравненно больше, хотя Родион Казаков оказался достоин своего учителя. Начав свой творческий путь архитектурным учеником "Экспедиции Кремлевского Строения", он, обучаясь у Василия Баженова и Матвея Казакова, успешно продолжил их деятельность, а затем возглавил московскую архитектурную школу, вырастившую многих мастеров классицизма. Из за своей фамилии (в советском архитектурном «пантеоне» не могло быть сразу двух Казаковых) Р.Р.Казаков оказался менее известен и его творчество не так детально изучено, хотя, безусловно, это был зодчий первого плана, очень яркий и талантливый мастер, имевший свою творческую индивидуальность, создавший постройки, которые долгое время определяли образ Москвы.

Библиография о Р.Р.Казакове очень скудна. Хотя по его творчеству защищена диссертация П.В.Панухина «Творчество Родиона Казакова и его место в архитектуре московского классицизма» , но, к сожалению, она так и не была издана в виде монографии. До нас не сохранился даже достоверный портрет Р.Р.Казакова. Копийное изображение, находящееся в Музее русской усадебной культуры в Кузьминках, и выдаваемое за портрет Р.Р.Казакова вряд ли таковым является…
Родион Родионович Казаков (1758 –1803), родившийся на двадцать лет позже Матвея Казакова и умерший на девять лет раньше, был потомственным москвичом. Он происходил из семьи мелкопоместного дворянина прапорщика архитектуры в «архитекторской команде» князя Д.В.Ухтомского. От отца Р.Р.Казаков и получил первоначальные знания об архитектуре. Детство и юность Р.Р.Казакова прошли в родительском доме недалеко от Кремля в Староваганьковском переулке (впоследствии его собственный дом находился в Немецкой слободе на Гороховом поле) .
В 1770 г. в шестнадцатилетнем возрасте Р.Р.Казаков выдержал экзамены и поступил в Архитектурную школу Экспедиции Кремлевского строения Московского отделения Сената, которой в то время руководил В.И.Баженов, участвовал в создании макета Большого Кремлевского дворца, спроектированного В.И. Баженовым. В качестве ученика (гезеля) он в 1774 г. был направлен к М.Ф.Казакову; под его руководством в составе архитектурной команды занимался разборкой ветхих строений Кремля, составляя их обмерные чертежи в 1770-1773 гг. Как лепщик Р.Р.Казаков работал на строительстве спроектированного М.Ф.Казаковым Пречистенского дворца Екатерины II в Москве, и за эту работу получил чин сержанта.
В 1776 г. он создал свой первый самостоятельный архитектурный проект классицистического Нововоробьевского дворца – дворца императрицы на Воробьевых горах, сооруженного с использованием бревен Пречистенского дворца. За этот проект, принесший ему известность, Р.Р.Казаков получил звание архитектора, и стал одним из признанных московских зодчих.
С того времени он стал получать множество заказов: в 1781-1782 гг. принял участие в строительстве Екатерининского дворца в Лефортове (сначала его строил архитектор князь П.В.Макулов, но из-за просчетов при строительстве его пришлось начинать заново, кроме Р.Р.Казакова в постройке Лефортовского дворца принимали участие В.С.Яковлев, А.Ринальди, а с 1780-х гг. Д.Кваренги, который создал портик со стороны сада и знаменитую многоколонную лоджию на фасаде).

Лефортовский дворец. Фото кон. 19-нач. 20 в Частное собрание (Москва)

В Москве и Подмосковье по проектам Р.Р.Казакова велось интенсивное строительство частных особняков. В 1782-1792 гг. вместе с другими архитекторами Экспедиции Кремлевского строения Р.Р.Казаков работал по заказам наместника Новороссийского края и фаворита Екатерины II князя Г.А. Потемкина (предполагается, что Р.Р.Казаков был приглашен для их проектирования и сооружения ворот крепости в г. Херсоне). Особое место в творчестве Р.Р.Казакова занимает и культовое зодчество. Все спроектированные им культовые постройки декоративны и носят ярко-выраженные светские черты. Типичными их элементами являются ротонда-бельведер и использование дорического ордера. Практически во всех своих работах Р.Р.Казаков выступает, как талантливый представитель зрелого («строгого») московского классицизма. Крупным этапом в жизни Р.Р.Казакова стала его длительная работа в 1778-1803 гг. в подмосковном имении княгини А.А.Голицыной Кузьминки, ныне уже давно находящимся в городской черте. Сменив на посту архитектора Кузьминок И.П.Жеребцова, не изменяя в основном уже сложившуюся планировку Кузьминок, Р.Р.Казаков дал ей новую жизнь перестроив отдельные ее элементы. За время работы в Кузьминках Р.Р.Казакова были реконструированы господский дом и флигеля, церковь, Слободка - комплекс для дворовых людей, был построен еще один хозяйственный комплекс – Садоводство с оранжереями и домами для садовников и Китайским (Щучьим) прудом, выкопан канал, соединивший Китайский пруд с устроенным на речке Чурилихе (Голедянке) Нижним или Мельничным прудом(в настоящее время Нижний Кузьминский).

Господский дом в усадьбе Кузьминки (вверху северный фасад, внизу южный). Фото нач. 20 в. (из изд.: Порецкий Н.А. Село Влахернское, имение Князя С. М. Голицына. М., 1913).

Обилие работ требовало привлечения к ним и других архитекторов, в 1783 г. Р.Р.Казаков, занятый и на выполнение других архитектурных заказов, привлек к деятельности в Кузьминках мужа своей сестры архитектора Ивана Васильевича Еготова (1756-1814), первое время осуществлявшего функции надзора за строительством (сразу же ему был поручен надзор за перестройкой господского дома) , т.е. занимавшегося реализацией казаковских проектов. Впоследствии И.В.Еготову пришлось доделывать многое, начатое или спроектированное в Кузьминках Р.Р.Казаковым, но только после его смерти И.В.Еготов начал самостоятельную деятельность, в Кузьминках. Несмотря на значительный масштаб деятельности Р.Р.Казакова в Кузьминках, этой части его архитектурного наследия не повезло. При восстановлении усадьбы после Отечественной войны 1812 г. многие сооруженные им здания были заменены новыми по проекту Д.И. и А.О.Жилярди. В 1916 г. пожар уничтожил господский дом Кузьминок, реконструированный в 1783-1789 гг. по проекту Р.Р.Казакова (архитектурный надзор вел И.В.Еготов). Тогда его надстроили антресольным этажам, парадные помещения: спальня, кабинет, зал были украшены живописью, переделали и другие помещения. Одновременно и реконструировали и флигеля, которых тогда было не два как сейчас, а четыре - небольшие одноэтажные деревянные здания, выдержанные в классицистических формах.
Судить о творчестве Р.Р.Казакова даже по старым изображениям этого несохранившегося до наших дней ансамбля достаточно сложно, самые ранние из них относятся к 1828 и 1841 гг., а после смерти Р.Р.Казакова дом перестроил в 1804-1808 гг. И.В.Еготов, одновременно реконструировав флигеля и спланировав территорию Парадного двора. Ансамбль перестраивали и позже. После Отечественной войны 1812 г. господский дом Кузьминок был восстановлен и заново обставлен, однако флигеля, сильно обветшавшие к тому времени были заменены новыми, сооруженными в 1814-1815 гг. по проекту Д.И.Жилярди. В 1830-1835 гг. господский дом, флигеля и галереи были реконструированы, но изменения в основном коснулись внутренних планировок этих сооружений. Эти работы была начаты Д.И.Жилярди, а после ее отъезда за границу продолжены его двоюродным братом А.О.Жилярди. Так окончательно сформировался облик, по определению Ю.И.Шамурина этого самого деревенского из всех подмосковных помещичьих домов. На его месте по проекту С.А.Торопова в 1927 г. был выстроен новый главный корпус Института экспериментальной ветеринарии, значительно превосходящий его по габаритам, но более простой по силуэту.
В настоящее время единственным памятником архитектуры в Кузьминках, связанным с именем Р.Р.Казакова, является церковь Влахернской иконы Божьей матери, к которой относительно недавно вернулась прежняя роль доминанты в ансамбле имения. Ее сооружали в два этапа. В 1759-1762 гг. были выстроены: церковное здание, первоначально имевшее барочный декор (окончательно отделано и освящено только в 1774 г.), а также отдельно стоявшая деревянная колокольня. На основании косвенных данных можно предположить, что авторство проекта церкви принадлежало петербургскому архитектору С.И.Чевакинскому, по проекту которого то время шло строительство “Пречистенского дома” М.М.Голицына (ныне Волхонка, 14). Автором проекта колокольни, выполненного весной 1760 г., был И.П.Жеребцов. Хотя имя Р.Р.Казакова прямо не указано в документах, авторство проекта церкви несомненно принадлежит ему: в то время он был единственным крупным проектирующим архитектором в имении, а функции И.В.Еготова носили технический характер. Церковь была реконструирована в 1784-1785 гг. в формах зрелого классицизма. Также была построена новая колокольня вместо прежней. В ходе реконструкции церковь получила новое завершение – круглый барабан с люкарнами, увенчанный главкой. С четырех сторон были пристроены портики и крыльца. Перед церковью возвели круглую в плане каменную двухъярусную колокольню с ордерным членением фасадов. Любопытно, что какое то участие в этих работах принимал В.И.Баженов: его имя значится в смете, составленной для покупки необходимого строительного материала.

Церковь Влахернской иконы Божьей Матери в усадьбе Кузьминки. В верху фото нач. 20 в. (из изд.: Порецкий Н.А. Село Влахернское, имение Князя С. М. Голицына. М., 1913), внизу фото М.Ю.КОробко 2005 г.

К сожалению, этот интереснейший памятник сильно пострадал в советское время. Церковь была закрыта в 1929 г. и обезглавлена, а в 1936-1938 гг. в результате перестройки под Дом отдыха ЦК профсоюза автомобильной промышленности (видимо, по проекту С.А.Торопова), она утратила прежние стилистические черты, превратившись в трехэтажный жилой дом. Только в 1994-1995 гг. по проекту архитектора Е.А.Воронцовой был проведен комплекс работ по восстановлению церкви: в ходе реставрации разобрали поздний третий этаж, воссоздали прежнюю систему арок и сводов, возвели колокольню на монолитном железобетонном фундаменте на месте старых остатков, выявленных в результате археологических раскопок; провели большой объем работ по вычинке кирпичной кладки и воссозданию белокаменного и лепного декора фасадов; изготовили конструкции кровли с покрытием медью, главы и кресты с позолотой.
Параллельно с деятельностью в Кузьминках Р.Р.Казаков выполнял ряд не менее важных и ответственных заказов, среди которых особое место занимает застройка района Андрониевской площади в Москве. По его проектам были построены церковь Мартина Исповедника в Алексеевской Новой слободе – бывшей вотчине Андроникова монастыря (Большая Коммунистическая улица, 15/2) доминирующая в панораме Заяузья, расположенное поблизости частное народное училище и грандиозная четырехъярусная надвратная колокольня Андроникова монастыря, ставшая второй по высоте в Москве после кремлевского Ивана Великого (высота 79 м). Выстроенная в 1795-1803 гг. колокольня, создав новый образ парадного въезда в монастырь, стала его доминантой (этот интереснейший памятник классицизма был уничтожен в 1929-1932 гг.). Рядом с колокольней была построена усадьба городского головы П.Хрящева. Таким образом, был сформирован классицистический образ Андрониевской площади, фрагментарно сохранившийся до наших дней.

Колокольня Андроникова монастыря. Фото 1882 г. из альбома Н.А.Найденова. ГНИМА им. А.В.Щусева

Церковь Мартина Исповедника - большой мощный пятиглавый храм, сооруженный в 1791-1806 гг. на средства одного из богатейших московских купцов В.Я.Жигарева, позже ставшего городским головой (здание частного народного училище было сооружено в 1798 г. также на средства В.Я.Жигарева). Церковь состоит из двухсветного четырёхстолпного четверика с большой полукруглой апсидой, примыкающего к нему с запада притвора (повторяет форму апсиды) и соединённой с ним коротким переходом высокой трехъярусной колокольни. Подчеркнутая монументальность постройки, несвойственная московской архитектурной традиции, породила легенду о том, что Р.Р.Казаков повторил в нем собор св. Петра в Риме (одним из поводов для сооружения храма было посещение Москвы императором Священной Римской империи Иосифом II). После Отечественной войны 1812 г. церковь, пострадавшая от пожара, восстанавливалась в 1813-1821 гг.: тогда приводились в порядок железные покрытия и облицовка здания. При одном из ремонтов был заложен открытый прежде переход между храмом и колокольней, восстановленный при реставрации здания (церковь, в 1931 г. была закрыта и стала снова действующей только в 1991 г.).

Церковь Мартина Исповедника. Фото 1882 г. из альбома Н.А.Найденова. ГНИМА им. А.В.Щусева

Еще одно известное культовое здание, сооруженное по проекту Р.Р.Казакова и являющееся хорошим образцом зрелого классицизма, является одноглавая церковь Варвары на Варварке - первая от Кремля в знаменитой цепи храмов и палат Зарядья (Варварка, 2). Небольшая, но поставленная в самом начале улицы, она до сих пор определяет ее образ (первоначально фиксировала угол квартала на пересечении улицы Варварки и несохранившегося Зарядьинского переулка). Церковь одноглавая, завершена купольной ротондой с барабаном и главой, крестообразная в плане; из-за пониженного рельефа местности поставлена на высокий подклет, к улице она обращена восточным фасадом, поэтому алтарь выделен не в самостоятельный апсидный объем, а декорирован мощным коринфским портиком, также как и другие фасады здания. Двухъярусная колокольня, сооруженная по проекту А.Г.Григорьева в 1820-х гг., была снесена в советское время, но восстановлена при реставрации 1967 г. (ныне церковь действующая). Здание было выстроено в 1796-1804 гг. на средства майора И.И.Барышникова и московского купца Н.А.Смагина. В 2006 г. под церковью Варвары был обнаружен прекрасно сохранившийся белокаменный подклет более древнего храма, возведенного на этом месте в 1514 г. зодчим Алевизом Новым – автором Архангельского собора в Московском Кремле. Постройка Р.Р.Казакова, большая по площади, превратилась в своего рода футляр для остатков алевизовского здания, и, благодаря этому, оно прекрасно сохранилось.

Церковь Варвары на Варварке. Фото 1882 г. из альбома Н.А.Найденова. ГНИМА им. А.В.Щусева

С именем Р.Р.Казакова связывают сооруженную в 1798-1802 гг. огромную городскую усадьбу владельца железоделательных заводов И.Р.Баташева, (с 1878 г. Яузская больница, ныне Городская клиническая больница № 23, Яузская ул. 9-11). К сожалению, авторство Р.Р.Казакова не имеет точного документального подтверждения, однако художественные достоинства памятника и характер прорисовки многих его деталей дома дают основания предполагать, что в его создании принимал участие Р.Р.Казаков. Реализовывал проект крепостной архитектор Баташевых М.Кисельников, видимо тот, который строил и баташевское родовое гнездо в усадьбе Выкса.
Усадьба И.Р.Баташева с господским домом и флигелями, формирующими ансамбль парадного двора, является выдающимся памятником эпохи классицизма, ее ордерный и лепной декор - один из лучших в московских постройках начала XIX в. (одно время этот комплекс даже приписывался В.И.Баженову). Первоначально господский дом имел декоративную лоджию и галерею, с которой открывался вид на парк в сторону Яузы. Усадьба серьезно подновлялась после пожара 1812 г., а после организации здесь Яузской больницы, была частично перестроена: открытые галереи парадного двора и лестницы-лоджии заложены; в 1899 г. была построена церковь. Часть интерьеров при этом, правда, была утрачена, но главный фасад сохранился.

Господский дом усадьбы И.Р.Баташева в Москве. Фото нач. 20 в. Частное собрание (Москва)

Параллельно с усадьбой И.Р.Баташова по проекту Р.Р.Казакова в в 1799-1801 гг. прошла реконструкция городской усадьбы вице-канцлера князя А.Б.Куракина, возглавлявшего в то время Коллегию иностранных дел России (ул. Старая Басманная, 21). Главный дом стал двухэтажным, получив портик коринфского ордера. К отдельно стоящему «полуциркульному» служебному корпусу была сделана пристройка- коридор шириной в 1 м. 60 см., т.е. одна из внешних стен корпуса превратилась в перегородку внутри здания. Анфиладная планировка была заменена на череду изолированных комнат и зал с объединенным коридором вдоль наружной стены здания (в 1836-1838 гг. архитектор Е.Д.Тюрин надстроил корпус вторым этажом и соединил его с главным домом) .
В 1790-1800 гг. Р.Р.Казаков вместе со своим учителем М.Ф. Казаковым работал над созданием «Альбома партикулярных строений города Москвы» - своеобразного каталога построек московского классицизма, так называемых «казаковских альбомов» (всего их шесть). В «Альбомы» вошло описание 103 московских особняков, более 360 чертежей и планов. Р.Р.Казаков был создателем большей части изобразительного материала для них. Чертежи хранились в «Чертежной» при Оружейной палате Московского Кремля, директором которой Р.Р.Казаков стал в 1801 г. В том же году он работал «по исправлению» Кремлевского дворца, а в 1802 г. осматривал “ветхости” в Кремле.
Имя любого крупного мастера, как правило, связано и с ложными атрибуциями: многочисленными и зачастую, неаргументированными попытками увидеть его руку в неатрибутированных памятниках. В данном случае Р.Р.Казаков не исключение. Ложным атрибуциям способствует его фамилия, велик соблазн приписать многие его работы более знаменитому М.Ф.Казакову. К сожалению, некоторые атрибуции памятников Р.Р.Казакову имеют откровенно фантастический характер. Значительный размах деятельности Р.Р.Казакова в Кузьминках привел к тому, что с его именем стали ошибочно связывать и некоторые работы, проведенные в этой усадьбе, но не имеющие к нему никакого отношения. Согласно справочнику «Зодчие Москвы времени барокко и классицизма (1700-1820-е годы)» от деятельности Р.Р.Казакова в Кузьминках «…сохранился только немного измененный главный дом Слободки на Тополевой аллее» . Однако Слободка в Кузьминках не имеет, да и никогда не имела никакого «главного дома». Видимо, автор статьи в справочнике имел в виду больницу или больничный флигель, сооруженный в 1808-1809 гг., по проекту И.Д.Жилярди - деревянное одноэтажное здание с мезонином и двумя, выступающими по краям ризалитами. Действительно в специальной литературе его строителями обычно называют Р.Р.Казакова и И.В.Еготова, забывая или не зная, что ни в одном из документов по строительству больницы в Кузьминках никто из них не упоминается (Р.Р.Казаков вообще скончался за пять лет до начала ее сооружения).
Не является постройкой Р.Р.Казакова и Дом садовника (Серая дача) на Садоводстве в Кузьминках, сооруженный в 1829-1831 гг., видимо, по проекту Д.И.Жилярди (в 1972 г. он сильно пострадал от пожара, из-за аварийного состояния часть уцелевших от пожара стен была разобрана, в 1975 г. произошло полное обрушение деревянной части здания, что помешало проведению дополнительных исследований по нему, в 1976-1979 гг. дом был воссоздан по проекту архитектора И.В.Гусева, т.е. на его фундаменте был возведен новодел).
Р.Р.Казаков действительно проектировал Дом садовника для Кузьминок, построенный в 1797 г., но это было совсем другое здание, занимавшее другой участок. Известно, что в 1829 г., заключив контракт с новым садовником Андреем Ивановичем Гохом, владелец Кузьминок князь С.М.Голицын распорядился выстроить ему новый флигель"…избрав для сего приличнейшее место позади оранжерей, чтоб его не видно было от дому и из саду… Старый же флигель, где жил прежний садовник, оставить для помещения садовых учеников" , т.е. казаковский Дом садовника некоторое время существовал и после постройки нового, но впоследствии был разобран (в паспорте на Серую дачу, годом ее постройки ошибочно указан - 1797 –й, охранная доска с этой же датой висит и на самой Серой даче).
Обычно Р.Р.Казакову приписывают и устройство «Звезды» - французской, то есть регулярной части парка Кузьминок, состоящей из 12 аллей, расходящихся из одного центра, (она же «Двенадцатилучевой просек», "Роща 12 -ти прешпектив" или "Часы"). Однако, нам удалось установить, что «Звезда» была создана еще до привлечения Р.Р.Казакова к работам в Кузьминках. Ее автором был садовник И.Д.Шрейдер (Шнейдер), под руководством которого весной и летом 1765 г. в прилегающем к усадьбе лесу были прорублены "прешпекты", один из которых открыл вид на церковь со стороны Выхинского поля. Тогда же, очевидно по желанию мужа владелицы имения М.М.Голицына возник вопрос о переносе одного из павильонов – "галереи", которую И.Шрейдер предложил поставить "прямо против прешпекту нового на конце у пруда" («Звезда» в Кузьминках была одним из первых отечественных парков, имевших такую планировку, и как выяснилось, была создана раньше подобного парка в знаменитом Павловске под Петербургом, ранее считавшегося образцом для нее).
Вместе с тем с большой долей уверенности с именем Р.Р.Казакова можно связать сооружение господского дома в подмосковной усадьбе бригадира Н.А.Дурасова Люблино, расположенной по соседству с Кузьминками (ныне в черте Москвы). Считается, что уже в 1801 г. там был сооружен ныне существующий господский дом, имеющий, в плане форму креста, концы которого соединены колоннадами (хотя, скорее всего, это лишь дата начала строительства). Такая необычная композиция породила легенду о том, что якобы дом построен в виде ордена святой Анны, которым очень гордился его хозяин. Правда реальных доказательств этого нет, как, впрочем, и документа, подтверждающего награждение Н.А.Дурасова этим орденом. Однако, это предание интересно само по себе, как пример народного полунаивного объяснения того, как могла появиться постройка, отличавшаяся от принятого в то время стандарта для загородных помещичьих домов.

Люблино. Фрагмент гравюры по рисунку неизвестного художника. Сер. 19 в. ГИМ.

Господский дом в усадьбе Люблино. Фото нач. 20 в. Частное собрание (Москва)

В действительности же формы господского дома в Люблине восходят к проектам “знаменитого Неффоржа” – теоретика французского классицизма Жана-Франсуа Неффоржа, которые имели вполне заслуженную популярность во 2-й половине XVIII в. Среди них есть и тот, который можно с полным правом признать в качестве прототипа дома в Люблине: так называемый “Проект центрического сооружения”, датированный 1757-1778 гг. Разумеется, при своем воплощении он был существенно переработан, однако основная идея Ж.Неффоржа, выразившаяся в создании центрического особняка, была сохранена. Не исключено, что, в основе именно такой композиции здания лежит масонская символика. Существует устойчивая традиция, приписывающая на основании литературных данных авторство господского дома усадьбы Люблино архитектору И.В.Еготову, но основания для этого весьма сомнительны. Кроме того, сам И.В.Еготов не создал, и даже не спроектировал ничего такого, что можно было бы поставить рядом с Люблиным. Анонимный автор одной из первых статей о Люблине, опубликованной в журнале “Живописное обозрение” в 1838 г., судя по тексту, близкий тогдашним владельцам Люблина Писаревым, являвшихся родственниками Н.А.Дурасова, не упоминая И.В.Еготова, сообщил, что Н.А.Дурасов “…поручил строение господского дома отличному архитектору Казакову, и как видно, требовал не столько удобств для самого себя, сколько простора и роскошного помещения для своих гостей” . Безусловно, здесь имеется ввиду Р.Р.Казаков, под руководством которого И.В.Еготов работал в Кузьминках. Эта публикация по-новому рисует роль Р.Р.Казакова: очевидно, Р.Р.Казакову принадлежал проект люблинского дома, а непосредственное наблюдение за строительством осуществлял И.В.Еготов. Именно так этот тандем работал в Кузьминках, и нет оснований полагать, что этот порядок, мог быть нарушен в Люблине.

Господский дом в Люблине (фрагменты). Фото М.Ю.Коробко. 2007 г.

Одновременно с господским домом в Люблине были возведены или реконструированы другие усадебные сооружения, в основном возведенные из кирпича, в отличие от большинства подмосковных усадеб того времени (среди них был и большой комплекс театральных зданий) и нельзя исключить участие Р.Р.Казакова и в этих работах.
Документальное изучение памятников архитектуры может расширить круг работ Р.Р.Казакова, сделав наше представление о нем и его творчестве существенно полнее. Поиск произведений Р.Р.Казакова возможен как в Москве, так и в провинции. В частности, к кругу его работ Р.Р.Казакова обычно относят двухколоколенную церковь Святого Духа, построенную в подмосковном селе Шкинь (ныне Коломенский район Московской области) - выдающийся памятник классицизма. Церковь в Шкини была сооружена между 1794 и 1798 гг. по заказу генерал-майора Г.И.Бибикова, также являвшегося владельцем известной подмосковной усадьбы Гребнево, правда в последнее время авторство этого памятника связывают с творчеством Н.Леграна, что не бесспорно (наблюдал за строительством, видимо, архитектор И.А.Селехов) . По нашему мнению не исключена причастность Р.Р.Казакова и к проектированию огромной белокаменной церкви в Гусе-Железном Баташевых. Вполне возможно казаковское авторство и проектов церквей принадлежавшим Баташевым селам вокруг Выксы: Досчатое и Виля. Возможно, памятником, построенным по проекту Р.Р.Казакова, является церковь Симеона Столпника за Яузой.
Далеко не все попытки обнаружить новые казаковские работы бесспорны: есть мнение о том, что Р.Р.Казаков привлекался к разработке замысла подмосковной усадьбы князя А.В.Урусова Осташево (Волоколамский район) – известно, что он принимал участие в строительстве на территории московской городской усадьбы Урусовых. Однако на наш взгляд это маловероятно: флигеля с башнями в Осташове якобы выполненные по проектом Казакова производят впечатление хозяйственных построек по недоразумению поставленных неопытным архитектором на парадном дворе усадьбы вместо хозяйственного (отметим, что очень похожие постройки входят в состав конного двора в усадьбе князей Меньшиковых Черемушки или Черемушки-Знаменское, ныне оказавшейся в черте Москвы). Традиционно Р.Р.Казакову приписывается сооружение пригородной дачи на берегу реки Яузы (ныне Волочаевская ул., 38). Теоретически через Голицыных – владельцев Кузьминок Р.Р.Казаков мог получить такой заказ (Строгановы являлись их родственниками). Однако нет документальных оснований для такой атрибуции. Тем не менее поиски казаковских работ должны быть продолжены, поскольку Р.Р.Казаков является крупным, но незаслуженно забытым зодчим, по вкладу в московскую архитектуру стоящим в одном ряду со своими учителями В. И. Баженовым и М. Ф. Казаковым".
Автор Михаил Коробко

АПД: "Серьезный" вариант статьи cо всеми ссылками опубликован в изд:
Коробко М.Ю. Родион Родионович Казаков// Вестник истории, литературы, искусства. Т. 6. М., 2009.

Выбор редакции
контрапункт контрапункта, мн. нет, м. (нем. Kontrapunkt) (муз.). Искусство сочетать самостоятельные, по одновременно звучащие мелодии...

итальянский композитор Краткая биографияДжузе́ппе Фортуни́но Франче́ско Ве́рди (итал. Giuseppe Fortunino Francesco Verdi, 10 октября...

«Самая смелая конструкция не может и не должна вступать в противоречие с художественными принципами архитектуры » А.В. Щусев Архитектор...

Раздел очень прост в использовании. В предложенное поле достаточно ввести нужное слово, и мы вам выдадим список его значений. Хочется...
Интересные факты о Александре Грине расскажут о неизвестных событиях в жизни писателя. Интересные факты о книге «Алые паруса» также...
Мы вдохновились японским аниматором и иллюстратором Kazuhiko Okushita. Художник создает рисунки, не отрывая карандаша от бумаги. Очень...
Вчера в ресторане Modus на Плющихе Светлана Лобода устроила яркую вечеринку в честь своего 35-летия, пригласив на нее лишь самых...
Что такое цимбалы? Это струнный ударный музыкальный инструмент. У него плоский трапециевидный корпус с натянутыми струнами. По струнам...